English version

Поиск по сайту:
АНГЛИЙСКИЕ ДОКИ ЗА ЭТУ ДАТУ- Memory (Not Human Memory) (PDC-52) - L521216b
- Memory and Automaticity (PDC-53) - L521216c
- SOP Issue 5 (PDC-51) - L521216a

РУССКИЕ ДОКИ ЗА ЭТУ ДАТУ- Память (не Человеческая Память) (ЛФДК-52) - Л521216
- Память (не Человеческая Память) (ЛФДК-52) (2) - Л521216
- Память и Автоматизм (ЛФДК-53) - Л521216
- Память и Автоматизм (ЛФДК-53) (2) - Л521216
- СПД - Выпуск 5 (ЛФДК-51) - Л521216
- СПД - Простирание, Шаг III, Процессинг Потоков (ЛФДК-50) - Л521216
- СРП - Выпуск 5 (ЛФДК-51) - Л521216
- СРП - Пространствование, Шаг 3, Процессинг Потоков (ЛФДК-50) - Л521216
СОДЕРЖАНИЕ СПД «ПРОСТИРАНИЕ», ШАГ III, «ПРОЦЕССИНГ ПОТОКОВ» =(КОНЕЦ ЗАПИСИ)
1952 ЛЕКЦИИ ФДК, 50

СПД «ПРОСТИРАНИЕ», ШАГ III, «ПРОЦЕССИНГ ПОТОКОВ»

Лекция прочитана 16 декабря 1952 года

Шестнадцатое декабря, первая послеобеденная лекция.

В учебнике — в книге «Саентология 8-8008» — вы не найдете полного описания шагов «Простирания»… то есть, можно сказать, что процедура разделена на шесть очень точных шагов. Выполнить эту процедуру почти также просто, как перелить воду из кувшина в стакан и обратно. Я рассказал вам об этих шагах вчера. Я собираюсь отдать это размножить, и, вероятно, когда вы будете прослушивать эту лекцию в записи, она будет у вас на руках в виде текста.

=Тем не менее, я зачитаю эти шаги, просто для того, чтобы они были на пленке.=«Простирание»: 1. Определите якорную точку и удерживайте ее, усиливая ее автоматизм, и замедляя его до тех пор, пока не добьетесь, чтобы эту точку можно было легко заставить продолжать существовать безо всякого внимания со стороны преклира… без малейших усилий.

2. Установите двухмерное пространство, «прицепите» его к большим пальцам ног и локтям преклира, усиливайте и возьмите под контроль его автоматизм… стабилизируйте.

Шаг 3. Сделайте двухмерные поверхности то плотные, то проницаемые, по желанию. Пусть преклир по своему выбору проходит через эту поверхность или оказывается неспособным сделать это. Пусть она сопротивляется или не сопротивляется огромным силам, обрушиваемым на нее.

  1. Создайте большой ящик, который включает в себя также и преклира, лежащего на кушетке, и установите, что он пуст. Размакетируйте преклира и кушетку. Исследуйте этот ящик со всех сторон, стабилизируйте его, делайте его плотным или делайте его пустым по желанию.
  2. Найдите в центре собственную вселенную преклира. Возьмите ее под управление, увеличивая ее размер и так далее. В конце концов избавьтесь от нее.
  3. Создавайте макеты и разрушайте их в этом пространстве.

Вот и все, что представляет собой техника, называемая «Простиранием», которая составляет шаг III «Стандартной процедуры действия».

И она очень проста, потому что ее можно запомнить таким образом: первое — точка. Два измерения, затем три измерения. Затем обнаруживаете, что находится в центре этого пространства. А затем в этом пространстве вы создаете макеты и разрушаете их. Очень просто: 1, 2, 3 измерения.

И вторая техника, не приведенная в книге, — это «Уравновешивание потоков», у которой имеется разговорное название «Процессинг «Дай и возьми»». То есть мы… мы сегодня охватим очень большое количество материала. На самом деле всю вторую половину дня я собираюсь говорить только об этом.

И материал вашей книги — «Саентология 8-8008», — и никоим образом не противоречит и полностью совпадает с тем, что говорится в этих лекциях.

В этих лекциях сказано намного больше. Та информация, которая там приведена очень сжато, очень отрывисто, в этой серии лекций излагается в надлежащем объеме и с надлежащим анализом. Этот учебник на самом деле не является учебником того типа, который просто вручают человеку, и тот его читает. Он… на самом деле учебник составлялся не для этого, и хотя он переводится на немецкий и испанский, и просто выпускается, это почти что оверт, потому что он будет понятен вам, если вы сопоставите его с этими лекциями; а для того, чтобы какой-то человек смог увязать то, что сказано в этой книге, со своим опытом, ему придется создать — или рассоздать — или переоценить всю вселенную от начала до конца и сверху донизу.

Лекции и другие материалы, которые были созданы раньше и которые вы уже изучили, образуют мост между опытом человека, который ходит и притворяется, будто он активен и так далее, и тем уровнем, на котором действуем мы.

Если бы вы посмотрели на все разработанные техники, идущие последовательно друг за другом, вы бы увидели, что они образуют постепенную шкалу, довольно ровную постепенную шкалу, на которой только один или два момента выпадают из ряда. И дело даже не столько в том, что они выпадают из ряда, сколько в том, что им придают гораздо больший вес, чем следует. Один из этих моментов — это слова в инграммах. На самом деле работать со словами все равно более важно — если вы собираетесь проходить в одитинге инграмму — чем работать с механикой, потому что механика инграммы находится в согласии с материальной вселенной, а слова — это, по крайней мере, хотя бы отчасти тэта.

Итак, наши техники, разработанные за период с 1950 года и до наших дней, — это мост, представляющий собой анализ самого обычного, самого банального опыта, которым располагает любая культура на Земле, — прямой тщательный анализ, выполненный шаг за шагом. Он начинается с того, что, как можно обнаружить, обычно вызывает аберрации людей и что, при ослаблении влияния, сделает людей более рациональными. Это прохождение инграмм и локов… и зарядов горя.

Затем он переходит к механике того, что такое аберрация, и это более или менее описано в «Науке выживания».

Затем мы идем дальше, к лучшему пониманию языка, — это описано, пусть даже очень кратко, в «Самоанализе», 1951 года издания, а затем к «Продвинутым процедурам и аксиомам», установив само-определение как самую важную цель. Отсюда мы сразу же походим через 1952 год: начинаем заниматься ГС, обнаруживаем и решаем проблемы, связанные с ГС, обнаруживаем, что это НЕ ТОТ путь и выясняем, что если кто-то одитирует преклира, то он должен одитировать именно преклира, — кто такой преклир и где он находится. И мы находим его — его местонахождение можно очень точно установить.

И от этих исследований и от экспериментальных и временных техник мы переходим прямо к 1-му выпуску «Стандартной процедуры действия». А от нее, когда появилось больше результатов и когда я провел дополнительные исследования, и когда я посмотрел, как эти техники применяют одиторы, мы подошли прямо к «Стандартной рабочей процедуре 3» — в которой, если вы обратите внимание, главное, что было удалено по сравнению с 1-ым выпуском «Стандартной процедуры действия», — это всякое согласие с МЭСТ-вселенной.

Мы не… в 1-ом выпуске говорилось, что на пятом шаге нужно проходить ДЕД-ДЕДЕКС. В третьем выпуске вы этого не найдете. Теперь мы движемся дальше, к 5-му выпуску «Стандартной процедуры действия», и в нем просто было сделано следующее: была рассмотрена вся проблема целиком, и когда мы разрабатывали 5-ый выпуск «Стандартной процедуры действия», мы включили в него все шаги, которые необходимы для того, чтобы отклировать тэтана и сделать его оперирующим тэтаном.

И в действительности, мы не просто выполняем шаг I, шаг II, а затем переходим к чему-то другому. Мы выполняем именно эту процедуру. И независимо от того, какой уровень кейса мы обнаруживаем у преклира, мы одитируем его на этом уровне, поднимаем его до кейса 1-го уровня, а затем делаем все остальное, что указано в процедуре.

Разумеется, вы обнаружите, что, как правило, большинству преклиров нет необходимости проводить шаги VI и VII. Но вы будете здорово удивлены тем, как часто вам придется проводить их людям, которые, по всей видимости, обладают вполне здоровым рассудком и все еще способны действовать.

Таким образом, 5-ый выпуск «Стандартной процедуры действия» является прямым и непосредственным результатом применения в течение двух с половиной лет различных принципов,которыебылиупорядоченыиорганизованыикоторые,какбыло обнаружено, работают в обществе и в руках одиторов.

И… это набор, содержащий основные техники, которые вы используете для направления человека вверх, к состоянию оперирующего тэтана таким образом, чтобы он действительно смог достичь этого состояния.

Так вот, странно тут то, что в этом наборе упущен один очень важный момент, но он затрагивается в шаге III. Здесь не делается одна вещь. То есть, если бы у вас был этот список и вы бы выполнили только эти действия, вы бы получили оперирующего тэтана, с одной оговоркой: вы бы не реабилитировали его основное стремление в МЭСТ-вселенной, а если вы не сможете его реабилитировать, то человек не захочет покидать тело и действовать. Я расскажу об этом.

Другими словами, он будет оставаться устойчивым тэта-клиром, но он будет оставаться в тесном и непосредственном контакте с телами. И он будет оставаться в таком состоянии до тех пор, пока этот момент не будет исправлен. И принимая во внимание тот факт, что он продолжает действовать в тесном контакте с телами и существует эта ужасная зависимость от тел, вы обнаружите, что до тех пор, пока этот момент не будет исправлен, этот ваш «стабильный» — в кавычках — тэта-клир будет вынужден раз в несколько недель садиться и работать над собой, чтобы оставаться в стабильном состоянии. Он будет срываться, его будет затягивать.

Так вот, поскольку вы как тэтан обучены тем принципам, которые необходимо знать, чтобы ваше состояние оставалось стабильным, было бы вполне правомерно называть обученного тэтана, которого проодитировали только до такого состояния, что он не входит в тело, когда телу причиняют вред… было бы вполне правомерно относиться к нему как к тэта-клиру. Стабильному.

Но если вы просто высвободите человека и ничего больше с этим не сделаете, то он снова окажется в своей голове. Вот поэтому-то поступить так было бы жестокостью… поскольку тот самый момент был бы не исправлен. И этим моментом является потребность в ощущениях.

И если вы не привели этот момент в отличное состояние, то ваш преклир будет испытывать огромную потребность постоянно болтаться рядом с телами и чувствовать огромное отвращение к себе из-за того, что постоянно болтается рядом с телами и находится в зависимости от них, и в результате он будет плавать вверх и вниз по шкале, вверх и вниз по шкале, туда-сюда. И он становится, так сказать, эмоционально нестабильным, потому что, с одной стороны, он знает, что ему не следует водиться с такой компанией, а с другой стороны, ему приходится это делать. И поэтому он все еще подвержен воздействию потоков.

Уравновешивание потоков — это часть решения данной проблемы. А хорошее и достаточно полное понимание принципов, которые лежат в основе всего этого, — это лучшее решения. Следует отметить дополнительную технику, которая используется, чтобы сделать человека оперирующим тэтаном; эта техника не имеет никакого отношения к уравновешиванию потоков, а является дополнительной техникой ко всем тем, которые вам уже были даны и о которых вы уже слышали. Вы могли бы много чего сделать с тэтаном, но давайте рассмотрим эту небольшую дополнительную технику. Она не входит ни в один из этих шагов.

Причина, по которой она не используется ни на одном из этих шагов, состоит в том, что это обучение. Это, на самом деле, не процесс. Это возврат человека к тому, что он некогда мог делать, и подготовка его к тому, чтобы он снова делал это. А именно: мы показываем ему, во-первых, что он как тэтан может напрямую получать из окружения любые ощущения, которые оно могло предоставить телу, он может делать это гораздо лучше. И если он может напрямую получать любые ощущения из окружения… понимаете, он не находится в теле, он не связан с телами, он никак не использует тело и, тем не менее, он все равно может получить из своего окружения и испытать любое ощущение, которое может получить и испытать тело, или которое может быть получено из тела… разумеется, в этот момент он будет готов отказаться от идеи иметь тело. И до тех пор, пока он не осознает этого, пока он не будет знать этого, пока он не будет полностью уверен, что дело обстоит именно так, он не оставит тело в покое, он будет цепляться за него, и болтаться вокруг, и падать вниз по шкале, и возвращаться в голову и выходить из головы, и будет болтаться, болтаться и болтаться вокруг.

И это достигается путем реабилитации его собственной способности воспринимать. Это не слишком трудно, потому что способность воспринимать есть лишь… подумать только… способность воспринимать есть только у тэтана. А он полагает, что должен делать это только посредством тела, и он так привык к этому и так уверен в этом, что вам придется продемонстрировать ему, что у него должна быть возможность… что он может напрямую воспринимать что-то в окружении, добывать, испытывать и создавать ощущения.

Так что на самом деле это очень просто. Что вы делаете? Вы поднимаете человека по шкале до уровня, когда он сможет ощутить эту стену. И путем непосредственного контакта со стеной он сможет ощущать эту стену гораздо лучше, чем с помощью пальцев… тела… будучи телом. Другими словами, он может ощутить стену напрямую, и ему не нужны никакие пальцы, чтобы установить с ней контакт. Он может ощутить размер, форму и вес объектов, без какого-либо посредничества мышечных рефлексов или пальцев МЭСТ-тела.

Он может видеть все то же, что и с помощью тела, и он может быть настолько же уверен в том, что он это видит, как если бы он находился в теле. Но это следствие. Это очень… очень третьестепенный момент. Ниже второстепенного. Второстепенное, например, это то, что он… в состоянии устанавливать контакт с обычными вещами. То, что вам действительно нужно, — это чтобы он был способен устанавливать контакт с сильными, захватывающими, интересными и сложными ощущениями. И он должен знать, что он может 1) устанавливать с ними контакт в МЭСТ-окружении и 2) создавать их и устанавливать с ними контакт — и все это без помощи тела.

Так вот, может показаться, что это тот еще фокус, но причина, по которой так кажется, заключается в том, что это и есть главный фокус. Вы должны быть в состоянии делать это. Если бы вы смогли понять, насколько тэтану необходимы ощущения, чтобы он мог, находясь в этой вселенной, быть уверенным в том, что все еще жив, вы бы осознали: то, что вы реабилитируете, — это его единственная награда за то, что он живет: прекрасные виды, прекрасные звуки, прекрасные тактильные ощущения. И знаете что? У тэтана имеются тысячи восприятий… тысячи различных восприятий. Я не думаю, что вам удалось бы сесть и составить список всех этих восприятий. Он бы продолжался, продолжался и продолжался.

А МЭСТ-тело может получить, в самом крайнем случае… я как-то подсчитал все восприятия по максимуму, и получил примерно пятьдесят пять. И это почти на сорок штук больше, чем обычно перечисляется в учебниках, которые — смешно сказать — посвящены этому предмету. И это даже не смешно, это просто абсурдно. Я не знаю, почему они просто не сели и не классифицировали все явления в окружении, с которыми можно установить контакт, и затем не пошли и не спросили кого-нибудь, может ли он их ощутить. Я… они не сделали этого. Они придумали теорию… но так ее и не проверили.

Таким образом, реабилитация ощущений совершенно необходима. Поскольку потребность в ощущениях, желание иметь ощущения — это единственное, что удерживает тэтана рядом с телом. И постоянная убежденность, подкрепляемая тем, что, по всей видимости, является совершенно реальным опытом — даже если это и не действительно существующий опыт, то, по всей видимости, совершенно реальный опыт, — который говорит, что только тело может доставлять ему эти ощущения. Что ж, у него нет ни единого шанса. Он не верит в то, что может выжить, он даже не знал бы, что жив и так далее.

Следовательно, когда человек становится тэта-клиром, ему необходимо подняться до уровня оперирующего тэтана. И для этого требуется, главным образом, реабилитация ощущений… восприятия ощущений. А также еще две-три мелочи, которые вы могли и упустить из виду.

Так что прежде, чем я пущусь в гораздо более пространные разъяснения на этот счет, я просто упомяну об этих мелочах, и позже я, может быть, снова упомяну о них, а может быть, и нет. Но я скажу о них сейчас, потому что они весьма важны.

И вот что это такое: тэта-клир находится в таком состоянии, в котором его память не дает ему прямых подтверждений того, что он хоть когда-то был тэтаном. И поэтому он находится в состоянии, в котором не считает себя индивидуальностью. Он считает себя идентностью, имеющей тело. Все встречные и поперечные оказывали внимание и уважение телу, давали имя телу, настолько единообразно называли его по имени тела, что на самом деле это… это… вас это поразит, но я сталкивался с этим несколько раз и вот только что столкнулся снова: тэтан выходит из тела и оставляет индивидуальность с телом.

И вы имеете дело с человеком, который… полагает… он вполне убежден, что он тэта-клир. И как же он использует эти способности, эти таланты, эту свободу? Он использует их для того, чтобы поэкспериментировать с ними, или повалять дурака, или удовлетворить любопытство. Он не использует это состояние как способ быть живым, как состояние, имеющее свою индивидуальность, — и, по правде говоря, это единственная индивидуальность, которая когда-либо у него будет.

Поэтому он оставляет индивидуальность позади. Он думает, что он должен быть в каком-то особенном умонастроении или что он является своего рода роботом. Так вот, он просто еще не добрался до осознания этого, но осознать эту простую вещь очень важно.

И вы как одитор можете избавить себя от огромного количества работы по реабилитации этого преклира. Он думает, что, находясь вне головы, он является механическим объектом или чем-то в этом роде. Или искоркой. И он относится к себе примерно так же, как тело относилось к огню: полезно, но не очень. И в результате у него нет представления о своих собственных способностях; и что еще важнее, он не оценивает себя по достоинству. Он не оценивает себя, как непосредственно самого себя. Он не говорит: «Так, я вышел из этого тела. Теперь я могу быть счастливым. Я могу быть печальным. Я могу петь. Я могу танцевать. Я могу делать все это». Нет, нет! Он говорит:

«Тело может быть счастливым. Тело может быть печальным. Тело может петь. Тело может танцевать. А я могу сидеть в сторонке и смотреть на него».

Он будто… как… это вершина, наивысшая из целей всего образование, — зритель на стадионе. И он как бы сидит там и думает, что… и ему на самом деле не приходит в голову, что это тело поет и танцует! Как же! Тело не может петь и танцевать, если только он не управляет им как марионеткой, но он поставил его на автомат — поэтому оно будет петь и танцевать.

Почему тело поет и танцует? Почему тело выражает радость и все остальное? Потому что тэтану нравится петь, танцевать и выражать радость. Я хочу сказать, что это очень просто.

Так что он провел различение в отрицательном диапазоне, тогда как ему нужно было выполнить отождествление. Он должен был забрать свои способности с собой в тот момент, когда покинул тело.

Вы знаете, вы можете очень, очень изящно станцевать в пространстве между Луной и Венерой. Там много пространства. Это большой танцевальный зал. Если вы не можете создавать пространство, то его полно в МЭСТ-вселенной. Даже — в кавычках — «твердая материя», я бы сказал, примерно на 102 процента состоит из пространства

Так вот, если тэта-клир не ценит самого себя, это не придет к нему естественным образом, механически. Я хочу сказать, что это у него либо есть, либо нет. Он ходит и говорит: «Да, я тэта-клир», — и смотрит на все эти тела. «У них интересные индивидуальности, разве не так? Это замечательно. Я буду смотреть на них» — и так далее. И он ходит туда-сюда и иногда печалится, и иногда ведет себя как-то глупо и так далее. Он может взять и начать проводить эксперименты — втыкать свой… луч в выключатели или куда-нибудь еще, и гадать, а не стукнет ли его током. Я имею в виду, что это так и есть.

У него нет ни малейшего представления о том, что ОН САМ — радость, что он представляет собой более высокий уровень эстетики, чем когда-либо могло достичь тело, и что он может в своих собственных интересах — подумать только — играть более значительную роль в делах живых — я не говорю: «В человеческих делах», в делах и заботах живых — и делать это более эффективно, чем когда-либо могло тело.

Что он делает ради неупорядоченности, когда находится в теле? Он идет на работу, идет домой. Или же, если у него есть деньги, он отправляется на поле для игры в поло или на аэродром или куда-нибудь в этом роде и забавляется, летая на самолете. И что он станет делать, чтобы убедить самого себя, что он чего-то стоит? Он вступит в местное филантропическое общество или в благотворительную организацию или же станет заботиться о том, чтобы у отряда скаутов было все в порядке, и так далее.

И когда мы были молодыми, мы с большим энтузиазмом относились к тому, чтобы помогать людям и группам, а затем мы обнаружили, что они могут просто взять и, так сказать, отшвырнуть нас как что-то ненужное; мы обнаружили, что приходится быть достаточно сильным, чтобы помогать кому-то. И мы думали, что это как бы плохо, а потом стали думать, что это хорошо. А затем мы обнаружили, что у нас нет времени заниматься этим, потому что нам необходимо очень напряженно работать, чтобы заработать себе на пропитание, и у нас появились все эти остальные дела. И затем мы обнаружили, что единственное, что мы можем на самом деле сделать для всех этих людей — это дать им время от времени какой-нибудь совет, который им не нужен, или немного денег, которые нужны НАМ. И это было как-то невесело.

Но именно это хомо сапиенс делает ради неупорядоченности, и на таком уровне действует этот тэтан как хомо сапиенс. Что? Вы хотите сказать, что у этого человека нет предназначения или цели его бытийности?

Он может встать над экономическими проблемами мира. Он может сам предпринять действия и стать сторонником каких-нибудь крупных общественных движений, которые никогда не были ему по плечу. Люди, например, извлекают огромное количество неупорядоченности из вопроса о том, кто станет секретарем местного «Лайонс клаб».

Тэтан может принимать участие… что ж, он может пойти и получить кучу удовольствия, проводя предвыборную кампанию какого-нибудь конгрессмена. Вы были бы поражены! Он может просто взять на себя роль ангела-хранителя того или иного движения.

В чем же разница? Я хочу сказать, мы что — страдаем тут от какого-то странного недуга, когда этот хомо сапиенс вдруг… он хотел помогать, участвовать, ему было интересно, и он занимался всем этим, и — не забывайте об этом — накапливал МЭСТ. Все это было для него интересно. И тут внезапно он как тэтан выходит из тела и оставляет свою индивидуальность, интересы и цели с телом, потому что все они были спостулированы для тела?

И тэтан слишком… если использовать сугубо технический термин, слишком глуп, чтобы понять, что его бытийность — это он сам. Все, что ему нужно сделать, — это внезапно осознать: «Подумать только! Я — это я!»

Он не какая-то частица энергии, которая как бы смотрит на себя и говорит: «Ну, когда я был телом, я был тем-то и тем-то, и когда я нахожусь в теле, все говорят мне:

«Привет, Джо». И что бы вы думали? Теперь мне никто ничего не говорит». Это происходит главным образом потому, что у него низкий уровень общения.

Почему у него низкий уровень общения? Он думает, что никто не будет с ним говорить. Во-первых, ни у кого нет причин, чтобы с ним общаться. Находясь на этом уровне, он сам не станет ни с кем разговаривать. Он возвращается в тело, идет и находит другого тэта-клира, который тоже сидит в теле, и они… они общаются. Это очень глупо.

Тэта-клир с реабилитированной памятью… это, кстати, еще один момент: его память необходимо реабилитировать. Он на самом деле — просто ходячий зомби. Он все позабыл. Кстати, его память реабилитируется при использовании этой техники, называемой «Уравновешивание потоков», так что я не стал бы слишком беспокоиться об этом. Но вы это запомните и запишите. Вы должны реабилитировать его память. Памяти у него не больше, чем у хомо сапиенса, а это означает, что она практически пуста. «Какой телефонный номер? Какой адрес? Э-эх… куда я положил свою шляпу?» — такие вот большие…

Вы знаете, хомо сапиенсу, между прочим, незачем даже задаваться этими вопросами. Хомо сапиенс может просто как хомо сапиенс проникнуть во все уголки той или иной области пространства, и, возможно, в двадцати пяти процентах случаев он окажется прав. Тогда как в семидесяти пяти процентах — он не может на это рассчитывать, так что после этого он предпочтет скорее перерыть дом в поисках шляпы, нежели окинуть его взглядом, а затем пойти и подобрать ее, сказав при этом: «Интересно, как это она оказалась под кухонной плитой». Но он может сделать это.

Так вот, следовательно, когда мы говорим об ощущении, принятии самого себя, о реабилитации памяти, и, кстати, о личной собственности, мы говорим о «буду иметь».

Человек без «буду иметь» почти мертв. Он… на самом деле человека типа «не буду иметь» следует похоронить, потому что от него на самом деле начинает попахивать. Знаете ли вы, что он умирает — «не буду иметь», «не могу иметь» и так далее?

Человек, чей кейс — кейс типа «буду иметь», он отсечен от всего и больше ничего не может иметь, человек, который утратил свои надежды… отнимите у кого-нибудь восемьдесят процентов его надежд и подойдите к нему, и от него даже пахнуть будет плохо. Он даже не будет обладать телом. К этому времени он уже уверен в этом, понимаете. Это очень интересно.

Таким образом, перед вами кейс типа «не буду иметь», потому что он не думал о том, что было бы полезно иметь. Значит, перед вами общий знаменатель всех целей:

«Кем я буду? Что я буду делать? И что я буду иметь?» И этот тэтан никогда не задавал себе этих вопросов. Он постоянно задает эти вопросы применительно к телу: «Что будет иметь тело? Чем будет тело? Что…» Да к черту тело! Это неважно.

Но важно кем станет тэтан, что будет делать тэтан, что будет иметь тэтан.

Так вот, это очень глупо, но вся публикуемая художественная литература, которую этот человек читал, приспособлена под жизнь и смерть хомо сапиенса. Герой и героиня, ха! Они встречаются, а затем появляется злодей, и он тоже в теле, и у него есть эти злодеи-помощники, и они тоже в телах, а потом у них — у героя и героини — возникают неприятности и они ссорятся друг с другом, и какие-то недопонимания, а затем герой тем или иным образом разбирается со злодеем. А родители героя и героини… они тоже в телах, и у них есть имена, и они все… они женятся, и это и есть «счастливый» конец.

Так вот… а каковы ориентиры тэтана? Господи помилуй — «Сатердей Ивнинг Пост». Застрелиться можно! Они… я имею в виду… этот «Пост», эта «газета»… тела, тела, тела, тела. Ограниченная сфера действия. Тела идут к перекрестку, они не переносятся через пол-планеты. Они осторожно идут на угол, чтобы купить сигарет. «Охо-хо! Ну вот, у нас есть сигареты. Теперь… мы пойдем домой. Теперь, когда мы дома, мы должны пойти на улицу… на работу… чтобы заработать денег, на которые можно будет купить еще сигарет. А теперь мы пойдем на угол…» О, нет!

Вы знаете, с чем вы имеете дело? Вы имеете дело с ужасающей нехваткой литературы. Понимаете ли вы, что хомо сапиенс с помощью поколений и поколений художников, скульпторов, музыкантов (в меньшей степени музыкантов)… особенно писателей и драматургов создал для себя культурную среду, где все говорит о том, как замечательно быть хомо сапиенсом и как жестоки боги. «Жили у бабуси два веселых гуся». И это продолжалось тысячи лет! Всякий раз, когда у вас это происходит — тэтан выходит наружу, — что для него служит ориентиром? «Малыш Джек Хорнер в уголке сидел, травку курил, творог ел*Джек Хорнер (Jack Horner): его сертификаты были аннулированы в 1960 году за отсутствие этики и связь с лицом, чьи сертификаты также были отменены. (На английском эта фраза похожа не детскую считалку; что конкретно имел в виду ЛРХ — не ясно. Прим.пер.) ». «Сатердэй Ивнинг Пост» — фу-у; журнал «Тайм» — фу-у; книги Томаса Харди*Томас Харди /Гарди/ (Hardy, Thomas): (1840 — 1928) Английский новеллист и поэт, автор более десяти новелл и семи томов стихов. С его точки зрения, человек подвержен силам, которых он не может ни понять, ни подчинить..

Самая близкая тэтану книга — это «Алиса в стране чудес». И если человек способен оценить по достоинству «Алису в стране чудес», то у него как у тэта-клира будет, по крайней мере, какая-то небольшая цель. Это несколько идиотская цель… но лучше такая, чем никакой. Он может играть в эту игру, только ему не нужно есть пирожок, понимаете? Он может играть в эту игру, в которой он становится ужасно маленьким, а стол — ужасно большим, и он может макетировать белых кроликов, и гусениц, и Безумных Шляпников, и те действительно будут безумными шляпами. Он сможет сыграть в эту игру. Но на самом деле для него вполне привычно… иметь ориентиром именно ее. Он окажется в своей стихии.

Все, что делал этот знаменитый немецкий математик, — это просто записывал данные прямо из присущего детям — и немногим взрослым — знания того, каковы их подлинные способности.

Так что вы сталкиваетесь с дефицитом культуры для тэтана. Культура предназначена для хомо сапиенса.

Вы заметите, что в фильме или в романе (или даже в том, что называют романом в двадцатом веке) автор использует тот же самый прием, только делает это гораздо грубее. И Голливуд тоже, а все остальные студии работают еще более грубо. Их уровень опустился настолько, что даже когда они играют Айвенго, и тому подобное, они упускают все тонкие моменты. У Айвенго есть несколько таких моментов, знаете ли. Это не то произведение, которое можно было бы назвать самым утонченным в мире, но там не все действие заключается в том, что герои расхаживают с волосатой грудью и все вертится вокруг одной дамы и все такое. Но они просто утратили — они утратили все это.

И они… с самого начала и на всем протяжении истории современные писатели, средневековые писатели вплоть до самых древних времен — все они занимаются одним и тем же.

Древнегреческий хор: все стоят кругом. И первоначально греческий хор, знаете ли, говорил: «Меее-меее-меее-меее». Это был греческий хор. Я не преувеличиваю. Это все, что представлял собой греческий хор. И через некоторое время они решили: «А вы знаете, мы можем носить разные маски. Нам не обязательно всем носить маски козлов и блеять — «Меее-меее-меее-меее» — по всем праздникам, так что теперь мы будем говорить». И так родилась современная драма.

Я знаю об этом все. Я являюсь авторитетом в этом вопросе, потому что однажды в колледже я написал пьесу, выигравшую какой-то колоссальный приз… одноактную пьесу… Я писал ее жарким воскресным днем, и на нее ушло почти 20 минут.

Как бы там ни было, мне дали книжку Чейни, озаглавленную «Театр», и как-то в другой жаркий воскресный день я прочел ее. Таким образом, я являюсь авторитетом в области театра. Я ведь, по крайней мере, прочел книгу по этому предмету, что дает мне определенное преимущество перед некоторыми другими ребятами. Кроме того, я однажды разговаривал с Хейвудом Брауном. На самом деле, мы были очень хорошими друзьями.

Но… о, вы не совсем понимаете, к чему я веду. У вас на лицах довольно-таки отсутствующее выражение.

Древнегреческий хор выходит на сцену и направляет на героя словесные прожектора, и они с таким же успехом могли бы стоять там с огромными плакатами, гласящими: «Это герой». А другая часть хора практически стоит там с плакатами, гласящими: «Это героиня». А затем все зависит от того, какая маска там находится: если маска улыбается, это комедия, что означает, что люди вершат судьбу людей. А если маска хмурится, то это… или если она печалится, или плачет, или какая там вторая маска — то это трагедия, потому что судьбу людей вершит Бог. И различие между двумя этими жанрами — трагедией и комедией — состоит в том, кто вершит судьбу людей: сами люди или Бог.

О, это великолепно! Все это нанесено на карту… еще там, в Древней Греции, была нарисована великолепная карта всего этого… и все это представляет собой тэта-ловушку на всем протяжении истории, и вам не следует относиться к этому как к чему-то иному. Это просто тэта-ловушка.

Если бы художник знал, что он продает, он не стал бы этого делать. Но от мастерства художника зависит, сможет ли он поддерживать в людях достаточный интерес, чтобы они входили в это беличье колесо под названием МЭСТ-вселенная.

И начиная с древних греков, которые придали своим богам человекоподобные формы, и начиная с их хора, который подчеркивал, что всех привлекает только героизм тела — или героино-изм тела, — так или иначе, художник своей кистью, писатель своей пишущей машинкой занимались продажей «Как великолепно быть телом» — его тленности, его трагедии, его комедии. И тэтану это внушали — вы ведь и не думали об этом, пока я об этом не упомянул, правда? Тэтану вдалбливали это в голову на протяжении семидесяти четырех триллионов лет.

Итак, вы хотите знать, почему он, выходя из тела, не берет с собой свою индивидуальность? Он знает, что индивидуальностью может обладать только тело. Об этом говорили все, от Еврипида до Сомерсета Моэма. Они говорили это — и это преступление с использованием эстетики. Никому и в голову не приходило быть богом. Этого недопустимо, нигде в литературе, разве что кто-то был сумасшедшим, абсолютным маньяком, параноиком и еще всем тем отвратительным, чем вы могли бы его назвать; ведь боги находятся настолько выше нас, что мы никогда не сможем установить с ними контакт. Они парят в небесах. Только в «Тысяче и одной ночи» — там мы обнаруживаем афритов в роли своего рода богов, но они уродливые, и злые, и ужасные, и жестокие, и они ужас что творят с людьми.

Так что мы не можем трогать богов греческого пантеона. Они вне досягаемости, и нужно быть сумасшедшим, чтобы думать о себе как об одном из них. Мы не можем трогать так называемых духов ранней арабской литературы, персидской литературы, индийской литературы — потому что они злы, они пали и все их избегают. И привидения тоже табу, разве не так? Начиная с Чарльза Брокдена Брауна, первого американского романиста, который привлек внимание европейских интеллектуалов к Америке… европейские литературные круги были просто поражены, обнаружив в конце восемнадцатого века, что существует американец, который умеет писать. Этим американцем был Чарльз Брокден Браун, и он писал рассказы о привидениях. И это были такие рассказы о привидениях, что Эдгар Аллан По побледнел бы и позеленел. Это действительно дикие рассказы.

А диким быть никак нельзя. «Легенда о спящей долине»: самое ужасное, что в ней есть — это привидение. Если снимают фильм, в котором участвует привидение, то оно либо печальное и разочарованное, либо должно постоянно являться в каком-то месте. И привидение всегда опечалено тем, что у него нет тела, и так всегда — из-за того, что у него нет тела. И тело — это так важно, и так далее, и так далее, и так далее.

Они нашпиговали литературу минами-ловушками. И все это начинает объяснять, почему у тэтана абсолютно отсутствует представление о себе самом. Что ж, о телах писали как о чем-то достижимом и желанном, и как о герое и героине произведения, а о богах писали как о недостижимом, и только сумасшедшие могут верить, что подобны богам или духам. А о духах — что они либо злые, либо совершенно сломленные.

И говорили и писали это самыми яркими красками, самыми лучшими словами, самой захватывающей музыкой, самой изящной скульптурой во всей этой штуке, зовущейся МЭСТ-вселенной. Самые утонченные умы этой вселенной целиком посвятили себя тому, чтобы поддерживать в людях интерес к телам. Они продали вас. Это так. Вам следует относиться к такого типа деяниям примерно так же, как вы относитесь к Бенедикту Арнольду*Бенедикт Арнольд (Benedict Arnold): (1741 — 1801) Американский генерал времен войны за независимость. Будучи весьма заметен в начале войны, он ухудшил свое положение в результате нескольких неудач в карьере. После того, как Арнольд принял под свое командования форта в Вест-Пойнте, Нью-Йорк, он запланировал передать его британцам. План раскрылся, когда американские войска захватили майора британских сил Джона Андре, который перевозил послания между Арнольдом и королевскими войсками. Арнольд бежал в Англию и продолжил военную карьеру, но был чрезвычайно презираем англичанами..

Единственный способ заставить кого-нибудь сделать хоть что-то в МЭСТ-вселенной, состоит в том, чтобы тем или иным образом пробудить в нем интерес, который удерживал бы его в этом беличьем колесе. И даже раб при наличии какой-то очень смутной и призрачной надежды на эстетику — такую, как театр или цирк, куда он мог бы пойти, такую, как разрешение помочь в подготовке какого-то представления, — даже раб продолжил бы жить в теле, надеясь, что получит возможность получить какие-то эстетические ощущения. И поэтому на него можно было надеть ошейник.

Он не сделал того, что ему явно следовало сделать: просто лечь и умереть… просто выйти из своей головы и дать этой штуковине хорошего пинка.

У вас есть теперь некоторое представление о целях, не так ли? Перед людьми рисовали картину, что у тела есть цель, а быть привидением или духом — это ужасная судьба. И, как вы заметили, привидений и духов все избегают. Никто с ними не разговаривает, никто не бывает с ними любезен, никто никогда для них ничего не делает — все только кричат и убегают от них. Это дух… это его удел.

И если человек пытается быть богом, то, разумеется, это означает, что он сошел с ума, понимаете? Поэтому с таким человеком тоже никто не хочет иметь ничего общего.

Даже боги были счастливы только тогда, когда сидели в своих каменных идолах, высеченных какими-то ваятелями, украшенных драгоценностями какими-то ювелирами, и о которых написали какие-то поэты. Только тот бог, который поступал таким образом, был подходящей компанией для людей. Мы видим, что большие, крутые, злые и непредсказуемые боги были чем-то таким, с чем у вас не было ничего общего — Ваал, Молох… плохие, плохие.

Хорошо. И к чему это нас приводит? Ребята, это приводит к тому, что у вас есть проблема. Вы сидите тут и думаете: «Все это очень интересно, и он очень красиво говорит, и все это замечательно, и все это славно, и он делает чертовски сильный акцент на этом… Разумеется, это интересно. Сейчас только первый час послеобеденных лекций, и он… вероятно, еще не разогрелся».

Но знаете, что… вы знаете, что все это заставляет тэтана возвращаться в тело? Если вы не сможете добавить что-то к этой литературе и действительно бросить вызов Микеланджело, Еврипиду, Праксителю и всем остальным ребятам на полном траке — пока вы не захотите бросить им вызов, вы ничего не добьетесь.

Понимаете, нехваткой эстетики в этой вселенной очень активно пользовались, и эстетика — это единственный фактор, как вы читали в «8-80» (если вы изучали этот материал), который пришпиливает тэтана, зато делает это просто превосходно. И эта эстетика — если она очень сильна в каком-то одном направлении, склонит человека в эту сторону. И если эстетика направлена только на тело, то она будет склонять человека к телу.

К счастью, животные — это достаточно эстетичные существа. На них приятно смотреть, и они представляют собой очень интересное, очень захватывающее зрелище. Иногда у них бывает интересная индивидуальность, если уж говорить о телах. Поэтому вы время от времени обнаруживаете, что какой-нибудь тэтан играет в практически самую лучшую игру, которую позволено иметь тэтану как таковому. И вы можете прочесть об этом все, что угодно, поскольку все это полностью описано — и полностью неправильно — в книге Фрейзера «Золотая ветвь»: там говорится о короле леса или боге леса. Это абсолютно неверная интерпретация в попытке проявить невероятную глубину и проницательность мысли, рассказывая о самой простой вещи на свете.

Понимаете, был лес, и тэтан не хотел больше связываться с этими — гм, гм — телами. Но там, в этом заповеднике, было множество волков, кроликов и оленей, и много чего еще, и время от времени в заповедник приходил какой-нибудь ребенок и собирал орехи или что-нибудь в этом роде. И этот тэтан достигал всех этих прекрасных деревьев, затем брал и… иными словами, он рассеивался по всему лесу. Он БЫЛ лесом — это была его идентность. И он становился, можно сказать, святым покровителем животных и птиц… хранителем этого места.

И если вы думаете, что некоторые из несчастных случаев на охоте, о которых вы читали, были случайностями, то вы глубоко заблуждаетесь, потому что это продолжается и в наши дни. Есть тэтаны… если на этой планете есть тэтаны, которые все еще проявляют хоть сколько-нибудь значительную активность… то они проявляют активность в этой сфере именно таким образом.

На самом деле, я полагаю, что прямо тут у нас есть кто-то, кто пару сотен лет назад — несколько сотен лет назад… не в… совсем, совсем недавно провел пару сотен лет в одном английском лесу. Просто пришел из космоса и сказал: «Да пусть все оно катится к черту! Хватит мне лучевых ожогов!» — сказал он, и стал покровителем одного британского леса. Так ведь?

Таким образом, у нас есть… у нас есть этот факт. У нас есть этот факт, и тэтан мог сделать это, и он проявлял интерес к делам животных. И вот какой-нибудь братец Медведь в один прекрасный день идет себе по лесу и вдруг в нем просыпается любопытство к чему-то, что его совершенно не касается, и он получает самую тяжелую оплеуху, которую когда-либо доводилось получать медведю — шмяк! — «Еще одна гроза! Хумф! Хумф!» — и он идет себе дальше.

Так вот, в мире все еще есть племена, где сохранилось суеверие, что существуют ангелы-хранители и защитные духи. Но в цивилизованном мире, который полностью согласился с МЭСТ-вселенной и достиг невероятного прогресса, — этот мир в высшей степени, в крайней степени уверен в том, что это просто суеверие. И его уверенность опирается на тот факт, что спиритуализм сам по себе — это самая глупая вещь, с которой вы можете связаться в этом мире.

Если вы просто пойдете и сядете на карусель, и она разгонится до скорости, допустим, восемьдесят оборотов в минуту, то это будет гораздо более прямолинейный образ действия по сравнению со следованием ритуалам спиритуализма. Потому что ритуалы, применяемые в спиритуализме, таковы, что если бы кто-то когда-то и вступил в контакт с духом, то это был бы такой дух, который стал бы как сумасшедший пытаться выгнать его вон. Это был бы такой дух, который попытался бы заполучить тело…

Некоторые из тех тэтанов, которых вы вытаскиваете из тела, находятся в очень хорошем состоянии. Но речь идет о тэтане-идиоте, который больше не может иметь тела — он совершил слишком много овертов. Поэтому если спиритуалисты установят контакт с кем-нибудь, и он приходит, то они говорят: «Скажи-ка, скажи-ка мне. Какова будет судьба такой-то и такой-то, если она выйдет замуж за герцога Кулебякина? Расскажи нам будущее».

Так вот, слушайте: в следующий раз, когда вытащите преклира из головы, попросите его рассказать вам будущее. И он даст вам всю… он расскажет вам больше о будущем, даст вам больше вариантов будущего, чем вы сможете хоть как-то использовать, потому что в его распоряжении имеются все возможные комбинации трака… лишь бы он захотел их все изучить. Но будущий трак — это просто направление развития истории той обладательности, которая существует в настоящем. И будущее определяется тем, что вы делаете с обладательностью сейчас, и тем, что другой делает с обладательностью сейчас. И поэтому вы можете перетасовывать эти факторы как хотите.

Вам нужно пойти и устроить с этим тэта-клиром совещание на тему: «Какое количество обладательности нам нужно изменить, чтобы добиться этого результата», и это логично, не правда ли?

Другими словами, стоит ли нам послать герцогу Кулебякину кулебяку с мышьяком? Ну-ка посмотрим, это избавит нас от этой обладательности. А это ведет к тому… Я не говорю, что вы стали бы действовать так, но если бы вы пытались определять будущее, то это делалось бы очень упорядоченно, с полным пониманием. С одной оговоркой: ваши возможности распоряжаться этим будущим возрастают по мере возрастания вашего контроля над МЭСТ.

Когда я говорю: «Контроль над МЭСТ», — это значит: «Сколько МЭСТ вы можете контролировать». Чем больше вы контролируете МЭСТ, тем больше вы можете контролировать будущее. И вы тем больше можете контролировать прошлое, чем в большей степени готовы разрушить его. И чем более вы готовы взять на себя ответственность за разрушение настоящего, тем больше вы можете контролировать прошлое.

Да, вы можете контролировать любое будущее, но не стоит идти к мадам Зоги, или мадам Зог-Зог, или к кому-то в этом роде, чтобы она вызвала своего любимого духа и спросила его, что будет происходить в будущем, потому что вы получите более надежную информацию от вашего тэта-клира. Он выше по тону, и он больше знает, и он более способен, чем любой дух из академии мадам Зог-Зог.

Вы можете искать где вам угодно и сколько вам угодно. Я говорил с одним из этих медиумских тэтанов — они настоящие тупицы. Вы можете сыграть с ними очень и очень плохую шутку.

Они не осознают, что они — тэтаны, которые совершенно рассыпались по частям. И им до такой степени втемяшили в голову религию и все такое, что если вы… если они считают себя хорошими. И если вы показываете им символы ритуала черной мессы — перевернутые кресты, Библии, пронзенные кинжалом, и всю остальную чепуху. Вы просто показываете им одну из этих вещей, просто (щелчок) прочно и надежно помещая перед ними одну из этих иллюзий. Они очень хорошо умеют видеть иллюзии. И вы просто прочно и надежно помещаете ее перед ними, и они: «Ниияяяу» — и убираются оттуда.

А что касается плохих… вы показываете им распятие, Библию, надлежащие религиозные символы, и говорите надлежащие слова, делаете надлежащие жесты, и эти духи внезапно оглядываются, чтобы посмотреть, откуда все это исходит, видят яркое световое пятно — это вы — и говорят: «Господи! Это глас Божий!» — и — шмыг! Или взрываются, или что-нибудь в этом роде. Невероятно интересно! Невероятно интересно!

Мы оказываемся прямо в царстве практического спиритуализма. Так вот, подумайте об этом, подумайте о том, как много будущего вы хотите предсказать. Вы всегда перемещаете туда-сюда какие-то куски МЭСТ в надежде на то, что это изменит ваше будущее. Вы хотите, чтобы вам стало легче жить, но, главным образом, вы гораздо сильнее заинтересованы в том, чтобы легче стало жить другим, и в том, чтобы разобраться с проблемами других, и так далее.

Что ж, если вы готовы принять некоторую ответственность, вы всегда можете переместить какое-то количество МЭСТ или убедить кого-то, чтобы он переместил его, — и вы измените будущее.

Чтобы сделать это, нужно не шептать что-то в левое ухо гадалки, ожидая, что она интерпретирует сказанное. Нет — вы ускоряетесь и просто делаете то, что нужно сделать, вот и все. Князь Монако или кто-нибудь вроде него сообщает о крупном ограблении казино, а затем находит все деньги в ящике своего письменного стола. Полиция… разумеется, после того, как получил страховку и так далее. А затем, разумеется, Монако выставляется на продажу с торгов, и у вас, безусловно, есть кто-то, кто предложит самую высокую цену. Все очень просто.

Или вы основали королевство, а затем вы склоняете парочку ребят к тому, чтобы они ходили по белу свету, как своего рода мессии, и распространяли весть о том, что существует более совершенная свобода и так далее. Или что в этом королевстве больше женщин на квадратный дюйм, чем где-либо еще. Или что оно совершенно открыто.

Подумайте, что если бы вы сделали следующее: просто пошли бы и тем или иным образом открыли доступ — осторожно, никого особо не беспокоя, — но вы открыли бы доступ в ту область мира, где человеку не нужно иметь должным образом заверенный паспорт со всеми необходимыми визами. У вас бы собрались не преступники. Время от времени у вас бы собиралось множество революционеров, но по большей части собирались бы люди, которых просто замучила невероятная тупость бюрократии.

Вы думаете, что Государственный департамент США — это что-то ужасное или что ужасны какие-то другие государственные органы и так далее. Когда война паровым катком прокатилась по государствам Европы, то они изменили все свои границы со всех сторон, и существует множество, множество невезучих людей без гражданства в своей собственной стране, оказавшихся за границей, никуда не двигаясь. И тех, кто обнаружил себя гражданами какого-то другого государства, о котором они и понятия не имели и которое, из-за разгрома в войне и из-за всего этого хаоса, так и не смогло выдать им паспорта.

Вы знаете, что в наши дни есть люди, которые украдкой пробираются по закоулкам Земли. Почему? Потому что никто не желает выдать им удостоверения личности. Они больше не французы, не немцы и не русские.

Какой-нибудь летчик внезапно решает, что четырнадцать миллионов рабов — это слишком много (он служит в русских ВВС), он приземляется. Казалось бы, союзники или кто-то в этом роде должны приветствовать его с распростертыми объятиями. Они действительно приветствуют его, и они любезны с ним. Разумеется, они показывают ему город, а затем отправляют домой с какой-нибудь пропагандой или с чем-то в этом роде. Он не в этом заинтересован. Он полагает, что хотел выбраться оттуда и стать пилотом на одной из этих фантастических авиалиний, о которых он слышал, где совершаются полеты через океаны и так далее, и у него большие амбиции. Он не заинтересован — и нет никаких причин, по которым он маниакально должен быть заинтересован — в русском центральном правительстве. Он человек. Он потенциально способен и свободен.

Господи помоги ему, если он когда-либо приземлится за пределами своих границ. Русское правительство никогда не выдаст ему удостоверение личности. Равно как и французское и любое другое. И после этого он просто бродит вокруг, как в тумане.

Так вот, что вы будете делать… или что бы вы стали делать… что случилось бы, если бы вы вдруг создали пространство, где лечатся болезни? Вы знаете, некогда на этой земле были храмы, находящиеся под руководством тэтанов, которые производили мгновенное исцеление. Никто никогда не осознавал — вплоть до настоящего времени, — что именно это и происходило. Такой храм есть в Эквадоре. Я упоминал о нем несколько раз, и я делал это осторожно, потому что пока у нас не было соответствующих техник, лучше было меньше об этом говорить.

Я говорил, что чудеса существуют. Есть одно местечко в Южной Америке, высоко в Андах, где высится колоссальная гора костылей… гора костылей, выброшенных людьми, которые пришли туда, совершили обряд перед храмом и ушли оттуда совершенно здоровые. Как вы думаете, что приводило к такому результату? Имбирное пиво?

Нет, давайте относиться к таким вещам практично… давайте, обратим наше внимание на то, каковы ориентиры.

Существуют цели и способности, которых может дорасти тэтан. Есть варианты будущего, которые стоит иметь, есть различные обладания, которыми стоит обладать, есть вещи, которые стоит делать, и идентности, которыми стоит быть. И все это не получало поддержки со стороны художников и писателей МЭСТ-вселенной.

Но вам не нужно иметь тысячу поэтов для того, чтобы проложить путь. Поэты очень плохие первопроходцы и очень хорошие рабы.

Но они ваши конкуренты. И вы должны предоставить тэтану цели, причем эти цели должны быть лучше тех, которые он мог бы иметь, будучи МЭСТ-телом, потому что он не согласится с порочной или дурной целью. Он действительно не согласится. Она ему будет неинтересна.

Следовательно, это должна быть очень хорошая цель. Что ж, есть множество целей; и задумывались ли вы когда-нибудь о том, что случится со всеми этими тэтанами, которые стали тэта-клирами и не стали одиторами? Что ж, стоило бы организовать какое-нибудь святилище.

А как насчет всех этих тэтанов, которые не смогли взять себе тело, которые совершенно заблудились и бродят вокруг словно в тумане? Это ваши братья и сестры, и я не шучу. Это факт. И их неспособность таков, что выводит их за пределы нашей досягаемости… если только кто-нибудь не заинтересуется ими.

И есть уровень, который не имеет совершенно никакого отношения к МЭСТ-телам, это работа с куда более важными существами, чем те, которых вы найдете в МЭСТ-телах. А вы спрашиваете: «Что случилось с Наполеоном? Что случилось с Карлом Шведским? Где Ганнибал, после того, как он пересек Альпы?» Где все эти ребята? Вы обнаружите, что они стоят где-нибудь, прислонившись к надгробному камню, и думают, куда же им теперь податься.

Что ж, вы всегда можете подсказать им. Я делаю это время от времени. Хорошо, давайте сделаем перерыв.

=(КОНЕЦ ЗАПИСИ)